Энрон на глиняных ногах

Банкротства бывают разные. Одни разоряются сами, другие разоряют своих вкладчиков, а третьи умудряются еще и разбогатеть на этом. Однако крушение гигантов подобных Энрону – явление редкое. Еще до осени 2001 года Энрон считался седьмой по величине компанией США. Чтобы такие компании разорялись нужны из ряда вон выходящие обстоятельства. Которых не было. Согласитесь, что сентябрьская трагедия вряд ли могла существенно повлиять на газовые трубопроводы, владельцами которых являлся Энрон. И, тем не менее, это произошло. Потрячения, вызванные его падением еще не кончились, и, как считают некоторые аналитики, только еще набирают силу. Слово «Энрон» стало с недавних пор печально известно не только узкому кругу финансистов и политиков, но и простым смертным. Оно превратилось в имя нарицательное, означающее коррупцию, подлог и обман. А президент Буш даже открыл новую болезнь – энронизм. Болезнь эта жутко заразная, особенно для сильных мира сего. Появился даже весьма красноречивый глагол – энронить.Все это лишь внешние отголоски «землетрясения». Во всяком случае многие финансисты сичтают, что этот крах может быть еще более страшен в финансовом отношении, чем уничтожение двух башен Всемирного Центра Торговли в Нью-Йорке. В крушении Энрона, как в капле воды, отразились все недостатки законодательства, все хитросплетения финансовых операций, вся ложь и лицемерие крупных воротил бизнеса и политики. Как же развивалась трагедия, вовлекшая в лавину разорения не столько руководителей, сколько простых и честных тружеников компании, не говоря уж о миллионах независимых вкладчиков по все Америке, да и по всему миру?

Надо честно признать, что Буш и его команда в Белом Доме сумели пока что выйти чистыми из грязных вод, выплескивающихся из энроновой бочки. Они и пальцем не пошевельнули, чтобы помочь этой компании, несмотря на настоятельные просьбы и даже требования со стороны руководителей Энрона. Однако не стоит считать, что шесть миллионов, вложенных Энроном на протяжении последних 12 лет в избирательные кампании политиков, были плохими инвестициями. Энрон практически всегда получал то, чего хотел. А больше всего он хотел быть свободным от ограничений и бюрократических проволочек, препятствующих быстрому росту компании, которая к девяностым годам превратилась из скромного проводника натурального газа в гиганта, торгующего энергией и коммуникациями.

В 1990 году Энрон сделал следующий шаг в своей эволюции и стал единственной в своем роде компанией, торгующей… будущим. Вьючерсы на энергию – вот трамплин для подъема компании на новую ступень, превратившую Энрон в финансового магната, большей частью занимающегося не добычей и транспортировкой нефти и газа, а куплей-продажей квот на энергию. Здесь, в открытой торговле ограничений и правил было значительно меньше, чем в конкретном производстве, но компании хотелось большего, и вот, в 1993 году на помощь приходит Венди Грамм, которая в то время была председателем комиссии по торговле фьючерсами на товары. Она помогла создать правила, которые исключали торговлю энергией из списка правительственных ограничений. Это означало, что теперь Энрон мог свободно торговать на рынке, без оглашения цен, объемов и условий продажи энергии, чем он незамедлительно воспользовался. Когда Венди Грамм покинула правительство, она получила тепленькое местечко в руководстве Энрона. Надеюсь, читателям будет небезинтересно узнать, что это жена Фила Грамма, сенатора из Техаса, в избирательную компанию которого Энрон вложил 97 тысяч долларов.

Правительство Клинтона в свое время также приложило массу усилий, чтобы помочь Энрону. В 1996 году Индия стала сомневаться в необходимости заключения трехмиллирдной сделки с Энроном на строительство электростанции в Дабхоле. Советник Белого Дома, Мак МакЛарти немедленно предписал послу США в Индии всячески содействовать продвижению этого договора и регулярно сообщать о ходе дела прямо… директору Энрона Кенннету Лэю. Подобное рвение было щедро вознаграждено. За четыре дня до заключения договора в штаб-квартиру Комитета Демократической партии поступил чек на сто тысяч от Энрона на избирательную кампанию. Как и положено по правилам игры в политику, Энрон платил и той и другой партии. На последних выборах более щедро была оплачена кампания республиканской партии. В результате, в штате президента Буша мы видим Ларри Линдси в качестве высшего советника по экономическим вопросам (бывший консультант Энрона) и Патрика Вуда – Председателем Комиссии по урегулированию энергетических вопросов (который был и остается одним из ближайших друзей Кена Лэя). А что говорить о весьма сомнительном Энергетическом Плане Белого дома, выдвинутом вице-президентом Диком Чэйни в прошлом году? «Нет такой компании в стране, которая получила бы больше, чем Энрон, от этого плана», — писал в своем письме конгрессмен от Калифорнии Генри Вахмен.

Однако вернемся к нашим баранам, то есть попробуем проследить дальнейшее восхождение Энрона вверх по лестнице, ведущей вниз. В 1997 году Энрон создает якобы независимые дочерние компании JETI и Chewco — компании прикрытия – для проведения своих финансовых операций. Независимость этих компаний зафиксирована только на бумаге, ведь управлял ими Андрю Фастов – зав. Финасовым отделом Энрона. И хотя сейчас Кен Лэй пытается изобразить из себя невинную овечку, за спиной которой финансовые волки воротили свои дела, он знал и предчувствовал осложнения. Ведь никто другой, как именно он послал запрос в юридическую фирму Vinson & Elkins для проведения конфиденциального расследования причастности своего финансиста к делам «независимых» фирм и связанных с этим этических проблем. Этим компаниям были переданы сотни миллионов акций, якобы в долг. В 1999 году проблемы этики бизнеса вновь были отложены в сторону, когда было принято решение об открытии еще двух компаний — Condor è Raptor. Ими руководить было поручено тому же Фастову. Благодаря этим фирмам Энрон стал свободно спекулировать своими акциями на бирже, искусственно завышая цену. Это срабатывало следующим образом: желая продать акции по подходящей цене, Энрон одолживал 800 миллионов долларов «Кондору», а тот, в свою очередь, использовал эти деньги для покупок акций … Энрона! При этом Энрон записал всю эту махинацию не в убыток, а в доход! «Раптор» получил 550 миллионов для закупки контрольных пакетов акций компаний New Power Co. и Avici. И вновь эти расходы были записаны, как выгодные инвестиции. Все было хорошо, пока акции росли в цене. Однако, вскоре акции Avici стали падать со 178 миллионов до 5 миллонов, а акции New Power Co. С 40 миллионов до 6 миллионов. Вот тогда и зазвучал один из первых звонков тревоги. Вице-президент компании Шерон Воткинс пишет два письма президенту Кену Лэю, в которых сообщает о значительных убытках и двойной бухгалтерии. Реакция была неадекватной. С одной стороны были даны заверения в том, что начнется тщательное разбирательство, с другой – были представлены дополнительные миллионы для поддержки «Раптора» на плаву. Кроме того, Кен Лэй стал стремительно продавать свои акции на рынке. Вскоре к нему подключились и другие директора компании. Однако, чтобы не вызвать паники, Лэй продолжал уверять всех и вся в финансовом благополучии и в скором возврате на прежние позиции. А тревожиться было из-за чего. Если в феврале 2001 года акции Энрона шли за 75 долларов, то к августу цены упали до 44-х. Только за два дня 20 и 21 августа Лэй продал 93 тысячи акций на сумму 2 миллиона, а всего за август он получил около 16 миллонов. Его напарник Скиллинг – 15 с половиной миллонов. Естественно, это привело к еще большему падению цен, однако в сентябре Лэй поспешил выступить с обращением к владельцам акций, в котором призывал покупать акции сейчас по низкой цене в 25 долларов. Это слегка затормозило процесс обвала, но остановить его было уже невозможно. К декабрю месяцу акции Энрона шли уже по 26 центов. Больше всего при этом пострадали, конечно же, не руководители. Простые сотрудники Энрона, работавшие верой и правдой, верившие лживым заверениям своего руководства, оказались разоренными. Многие из них потеряли все, ведь они вкладывали, как им советовали их руководители, в собственную компанию. А когда наступил конец, оказалось, что продать свои акции они не могут – их акции были заморожены, в отличие от акций директората. Им оставалось лишь наблюдать со стороны как их трудом накопленные тысячи превращаются в ничто…

Некоторым эта финансовая трагедия стоила жизни. Клифф Бакстре, техасский милллионер, мечтавший о карьере учителя, организовал в свое время вместе с женой благотворительное общество для детей, больных диабетом и раком. Он работал честно на всех постах и быстро продвигался по служебной лестнице в Энроне. Прямой и честный, он пытался донести правду о двойной бухгалтерии до руководства, но услышан не был. Не желая участвовать в нечестной игре, он еще летом 2001 года ушел из компании. Месяц назад он вновь оказался в центре внимания. Он, в числе других 29 бывших и нынешних официальных руководителей Энрона, попал под прицел масс-медиа и слушаний в конгрессе, так как был упомянут в докладе Шерон Воткинс. Еще неизветсно, что послужило последней каплей, но две недели назад он покончил с собой…

Где же были те контрольные органы, которые должны вовремя предотвращать подобные нарушения? Вот тут-то мы и подходим к одной из ахилессовых пят нынешнего американского законодательства. «Мы были неправы», — заявил на слушании в Сенате сенатор Торриселли из Нью-Джерси. Это было весьма решительным заявлением. Годами Конгресс тормозил всеми силами прохождение законов, ужесточающих проверку финансовой деятельности компаний. Артур Левитт на протяжении уже многих лет бесплодно пытался пробить закон, упорядывающий работу аудиторских фирм, в частности, правило, по которому одна и та же бухгалтерская фирма не может выполнять для заказчика одновременно две функции – бухгалтерии и аудиции (итоговой, независимой проверки). Этим не преминул воспользоваться Энрон. Их многолетний партнер — аудиторская фирма «Артур Андерсен», регулярно составлявшая благополучные финансовые отчеты для Энрона, одна из первых узнала о неблагополучии в царстве Кеннета Лэя. Еще в феврале 2001 года в компании «Артур Андерсен» состоялось совещание, на котором обсуждался вопрос о прекращении работы с Энроном, как финансово ненадежным клиентом. Однако 50 миллионов, получаемые этой фирмой ежегодно от Энрона, оказались весом потяжелее совести, и работа была продолжена.

Надо признать, они старательно отрабатывали эти миллионы. Когда стало известно о неизбежности краха, еще за неделю до официального доклада Кена Лэя, в октябре 2001 года в компании Андерсена стали стремительно уничтожать все документы, связанные тем или иным образом с Энроном. А их было так много, что шреддинг (резка бумаг) продолжался вплоть до прибытия в январе 2002 года сотрудников ФБР, изъявших мешки этих обрезков для анализа.

Что же в итоге? Самое печальное во всей этой истории то, что никто ни в чем не виноват! Милли оны исчезли, люди разорены, а виноватых нет! Ведь если разбираться с точки зрения закона, все махинации, проведенные Энроном – легальны. Законом не воспрещено создание дочерних фирм, не возбраняется давать им деньги в долг. Спекуляция акциями? – помилуйте, да вся биржа на этом стоит. Уничтожение документов аудиторской фирмой? Нет правил, сколь долго надо хранить финансовые отчеты после ознакомления с ними. Введение в заблуждение акционеров и игроков биржи фальшивыми цифрами роста прибылей и состояния дел? – всегда можно сослаться на нерадивость кое-каких подчиненных. Все шито-крыто, все довольны, все смеются. Очередной фарс с банкротством разыгрывается прямо на наших глазах. Вот только не аплодирует никто. Ведь платить за этот спектакль все равно придется нам, простым налогоплательщикам…

Фархад Эм



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *